Последние новости
Печать

Запах мысли

gorodnizkiiНачнем, как водится, издалека. Весной 1990 года в Киеве произошла встреча с писателями из хорошо известного тогда объединения «Апрель» - писатели в поддержку перестройки. Членов Союза Писателей в СССР на тот момент было ровным счетом 10 000 человек  согласно их справочнику 1990 года издания. Неудивительно поэтому, что одного человека, приглашенного специально, нашли не сразу. Долго соображали, кто это такой, есть ли он вообще…  С трудом, но нашли.

 

Мероприятие началось с представления приехавших. Каждому вежливо хлопали, с некоторым усилием припоминая, что же сей маститый автор написал. Тот, которого с трудом отыскали, был последним. Его, собственно, и представлять-то не пришлось. Зал – 4000 человек – встретил его, как обычно, то есть овацией. На лицах его собратьев по цеху были написаны самые разные выражения, от удивления, до… Ну, вы поняли. Собратья, похоже, даже и не представляли себе, насколько он известен и любим как раз теми, на внимание коих и рассчитывали остальные. Ну, и финал, конечно, был вполне закономерным – «Атланты», которые зал исполнял стоя. Вы, конечно, еще раньше поняли, что речь идет об Александре Моисеевиче Городницком.

Описывать концерт – дело неблагодарное, да и не нужно это. Человек поет и рассказывает, его слушают. Что здесь такого особенного?  А вот он как раз и есть особенный – тот, что на площадке. Это ж, по сути, не концерт, не творческая встреча с маститым, известным, талантливым и так далее.  Он же не поет. У А. Городницкого прекрасный слух, но голосовые связки с этим слухом не сочетаются. Нетренированный он, необученный. Поэтому и не поет вовсе, а мелодекламирует. И как-то так у А. Городницкого получается, что он – со мной, во всяком случае – разговаривает. «Знаешь, - говорит А. Городницкий, - со мной однажды вышел случай…»   «Знаешь, я однажды подумал…» , - говорит он через несколько минут. Я слушаю. Думаю, чувствую, вспоминаю. От А. Городницкого исходит что-то эдакое. Не знаю, что «это» такое, но у него «это» есть.

Кое-кто из исполнителей обожает говорить в интервью, что после концерта он, как выжатый. Бывает. А бывает и по-другому. Некоторые говорят, что, отдавая зрителям, сами заряжаются от зала.

Полагаю, что так не бывает, если в зале экзальтированные девицы, снобствующие пожилые юноши и знатоки, которые прекрасно помнят, что 23 года тому назад, на  выступлении в Мелитополе, он спел эту строчку иначе. И вообще, есть аж целых четыре с половиной редакции этой песни. Мне лично все равно, хоть я и въедлив по натуре. Я уже не тот, что был 23 года тому назад, и А. Городницкий уже не тот. Он не сможет исполнить песню так, как исполнял тогда, а я не могу так, как тогда, слушать. Хотя… В этот раз А. Городницкий не показал почти ничего нового. А я сидел, слушал, думал, чувствовал, как обычно на его выступлениях.  Почти так же, как слушал их по радио в исполнении Юрий Визбор на «Юности». Я тогда был очень мал, и позднее довольно  долго не мог понять, откуда я эти песни знаю. Вот оттуда. Всю свою жизнь, практически. Иногда отношение к тому, что исполняет А. Городницкий, меняется. Чаще – нет. Похоже, он знает что-то такое, очень важное, что изменению вовсе и не подлежит. Пишет-то А. Городницкий о себе, а попадает каким-то образом в слушателя. И непринужденно превращает в собеседника.

Иной раз даже странно. Житель России, А. Городницкий понимает Украину лучше многих наших с вами  соотечественников. Не уверен, что кто-то из  способен написать нечто вроде «Тараса Бульбы», или «Куда ушла ты, Киевская Русь». Это, конечно, взгляд со стороны, но, похоже, точный и глубокий. Это позиция. С ней можно, конечно, не согласиться,  ее можно не принять, но – это позиция.  В ней чувствуется «запах мысли».  Это и вообще редкая штука -  «запах мысли», а уж в наше время – в особенности. Теперь можно не думать – в Сети есть любая информация, и любые мнения. Широкий выбор, так сказать. А. Городницкий – нет, сам думает, и других заставляет. Похоже, это привычка, от которой уже не избавиться. Кстати, эта  привычка возникла – в том числе и у меня  -  во многом благодаря  песням А. Городницкого.

Он, конечно, не ангел. У него  есть недостатки, и даже довольно много, хотя и не так много, как говорят. И есть вполне отчетливые  достоинства. К «запаху мысли», о котором уже сказано, есть еще и самоирония. Самоирония и профессиональное мужество. Исполнить пародию Юлия Кима на себя способен далеко не всякий. А. Городницкий исполнил.

И еще одно. Один мой знакомый, относящийся к песням А. Городницкого примерно так же, как и я, определил: «Он генерирует неравнодушие». Имеется в виду неравнодушие слушателя-читателя к тому, что исполняется. И совершенно неважно, принимает человек песню, или нет. Главное, что песня – или стихотворение - читателя-слушателя цепляет. За что цепляет? Не знаю. За что-то. За душу, за внутреннее состояние… За что зацепится. Не так мощно цепляет, как, скажем, Галич, но внятно.

Не знаю, как другим, а мне – вполне достаточно.

Даниил Ткачуковский


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить